15 цитат о самообладании из фильма «Жизнь других»

— Выпьем за то, что вы бесстрашно взглянули в лицо реальности! За ваш успех!

— Вот пример самонадеянного типа, о котором я всё время говорю курсантам.

— Самонадеян — значит верен системе. Будь все такими, я был бы безработным. Он, пожалуй, единственный наш писатель, который не пишет ничего крамольного, но читаем на Западе. Для него ГДР — лучшая страна в мире.

— Какой-то известный социалист, уж не помню кто, однажды сказал: драматург — это инженер души. Так вот, Драйман — один из самых выдающихся драматургов нашей страны.
— «Инженер души» — это цитата Сталина.

— Нам это и нравится в ваших пьесах. Человеколюбие, желание перемен. Можете сколько угодно об этом писать, но люди не меняются.

— В своей следующей жизни я хотел бы быть просто счастливым писателем, который сможет писать что хочет. Что остаётся режиссёру, которому запретили ставить пьесу? Не больше, чем киномеханику без фильма, а мельнику без муки. Не остаётся ничего.

— Я чувствую себя ничтожеством.
— Альберт, ты теряешь связь с реальностью. Сам знаешь, как мы тебя ценим. 

—За то, что я сделал 10 лет назад? И, скорее всего, не смог бы сделать сейчас.

— Вспоминаю слова Ленина о музыке Бетховена: слушая её, невозможно довести революцию до конца. Кто слушал такую музыку, слушал её душой, может быть негодяем?

— Жучки установлены под каждой розеткой, даже в туалете.

— Раньше я боялся только двух вещей: одиночества и что не смогу писать. После смерти Альберта мне плевать на литературу, да и на людей тоже. 

— Главное управление Госстата подсчитывает и знает всё: сколько ботинок я покупаю в год: 2,3. Сколько книжек я читаю в год: 3,2. И сколько школьников заканчивают школу на отлично: 6347. Но кое-какая статистика там не ведётся, поскольку подобные цифры коробят даже бюрократов. Речь о самоубийстве. Если вы позвоните и спросите, сколько человек между Эльбой и Одером, между Балтийским морем и Рудными горами отчаяние толкнуло в объятия смерти, промолчит наш предсказатель статистики, но наверняка запишет ваше имя для тех, кто заботится о безопасности нашей страны и о счастье.

— Вспомните, что государство делало для вас в течение всей жизни. Теперь и вы послужите ему. Скажите мне, где спрятана машинка? Скажите мне, и уже вечером вы будете в театре, в своей стихии, перед своим зрителем.

— Я знаком с редактором «Шпигеля», им это подойдёт. Но под своим именем нельзя публиковать ни в коем случае. Разве что тебя раздирает спортивный интерес 48-часового допроса.

— Слишком много думаете. Вы, случаем, не из интеллигенции?
— Не, я не из этих.
— Тогда не ведите себя как они.