Марьян Беленький: В странах социализма все цвело и пахло, там не было стихийных бедствий, смертей, болезней

«Мы увидим жизнь светлую, прекрасную, изящную, мы обрадуемся и на теперешние наши несчастья оглянемся с умилением, с улыбкой – и отдохнем. Я верую, дядя, я верую горячо, страстно... Мы отдохнем! Мы отдохнем! Мы услышим ангелов, мы увидим все небо в алмазах, мы увидим, как все зло земное, все наши страдания потонут в милосердии, которое наполнит собою весь мир, и наша жизнь станет тихою, нежною, сладкою, как ласка» (А.П. Чехов, «Дядя Ваня»).

«Жизнь советского человека в утопии соцреализма была невообразимо прекрасной, как воплощение мечты героев Чехова»
Так нормальные люди не разговаривают. Это речь больной маниакально-депрессивным психозом в маниакальной стадии.

Но в утопии советского соцреализма вышеприведенную цитату велено было считать реализованной. Хор ангелов с успехом заменил Кобзон в сопровождении Краснознаменного ансамбля песни и пляски им. Александрова.

С одним добавлением: «которое наполнит собою весь мир победившего социализма».

Утопический соцреализм призван был показать, каким должен выглядеть мир в свете последнего постановления. Тот, кто правильно угадывал это, получал всевозможные пироги и пышки, вплоть до государственных премий. Кто угадывал неправильно, попадал в черные списки, а то и в тюрьму мог загреметь, как, к примеру, автор работы «Просуществует ли Советский Союз до 1984 года» Андрей Амальрик.

С выходом нового постановления реальность надлежало корректировать. Вчерашние враги становились друзьями, пламенные революционеры – врагами народа, гении – бездарями, и наоборот. Если реальность не вписывалась в последнее постановление, она объявлялась несуществующей. В странах социализма все цвело и пахло, там не было стихийных бедствий, смертей, болезней. А в странах капитала безработные валялись на улицах, эти страны постоянно потряс